Планета Красота Журнал Творческой Элиты

В прошлом году спектаклю «Тщетная предосторожность» исполнилось 220 лет.

Большой театр отметил юбилей одного из трех «долгожителей мировой балетной сцены» (ровесники «Тщетной» по XVIII веку – «Дон Кихот» и «Причуды Купидона и Балетмейстера») показом новой версии старинного балета, созданного Юрием Григоровичем специально для учащихся Московской академии хореографии.

Этот «эксперимент» Большого театра достоин внимания и всяческой поддержки. Постановка классического балета силами учащихся академии хореографии, – шаг, безусловно, смелый. Авторы проекта – хореограф Ю. Григорович, ректор академии М. Леонова, руководство театра – поверили в талант и энтузиазм молодых, в их любовь и преданность искусству танца и не ошиблись: спектакль получился ярким, веселым и поэтичным; без скидок на ученичество.

Мог ли французский хореограф Жан Доберваль представить, что у придуманного им комического «Балета о соломе, или От худа до добра всего один шаг» (первоначальное название) будет такая долгая и счастливая судьба и что именно этот балетный пустячок обессмертит его имя.

Идея спектакля родилась в одном из кабачков, куда он – известный парижский сердцеед и гуляка – забрел с друзьями отдохнуть за бутылочкой доброго вина. Увидев на стене репродукцию гуаши Пьера-Антуана Бодуэна, изображавшую юную крестьянскую парочку, застигнутую на сеновале грозной мамашей девушки, Доберваль решил, что из расхожего в ту пору сюжета может получиться презабавный балет: вот смеху-то будет, когда на сцене запляшут крестьяне.

В ту пору столичные балетные афиши Европы по традиции украшали спектакли на мифологические и пасторальные сюжеты, в которых царили амуры и пастушки, поэтому история из крестьянской жизни на вечную тему «одураченных мамаш, безуспешно стерегущих честь своих дочерей», могла позабавить балетную публику.

Премьера «крестьянского балета» состоялась в июле 1789 года в Бордо вдали от Королевской оперы, которую Доберваль, обуреваемый жаждой творчества и перемены мест, покинул вместе с юной красавицей женой, первоклассной танцовщицей Мари-Мадлен Креспе (сценическое имя – Теодор), которая и стала первой исполнительницей роли Лизы.

К сожалению, никаких документальных свидетельств о том спектакле не сохранилось, вероятнее всего, они исчезли в огне мятежных костров: через две недели после премьеры под натиском восставшего народа пала Бастилия, и началась Великая французская революция.

Однако, думаю, премьера «Балета о соломе» Доберваля прошла успешно. Балетоманы восприняли спектакль, скорее всего, как пародию на старые постановки о пейзанках с бриллиантами в ушах, а революционеров не могла не порадовать тема народа на балетной сцене, сопровождавшаяся мелодиями народных песен. Спектакль оказался ко времени и к месту, а сюжет был разработан постановщиком с классической ясностью и поэтической соразмерностью.

Скоро «Балет о соломе» начал распространяться по миру «подобно меткой эпиграмме или острому анекдоту». Ученики Доберваля, участники спектакля, переезжая в поисках удачи из страны в страну, из города в город, ставили этот бесхитростный шедевр. За два с лишним века не раз менялся до неузнаваемости сценарий балета, хореография, которая постепенно освобождалась от излишней пантомимы, состав дивертисмента, музыкальное сопровождение… неизменными оставались только любовь и преданность балету зрителей.